Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS

Омск Политический

Суббота, 10.12.2016, 09:52
Начало » Статьи » Темы » Акции

Рисунки из «Мертвого дома»
Осужденные по тяжким и особо тяжким статьям УК написали картины по мотивам самого автобиографичного романа Достоевского. В омском музее его имени открылась выставка их работ.

Заключенные омских колоний проиллюстрировали книгу авторитетного каторжанина, отбывавшего в этих местах наказание полтора с лишним века назад. В Омском остроге Достоевский пробыл 4 года (1850-1854).здесь рождались замыслы его романов - как минимум, трех: «Преступление и наказание» (как писал он брату «Я задумал его в каторге, лежа на нарах в трудную минуту…») , «Братья Карамазовы» (в частности, прототипом Дмитрия Карамазова стал острожный товарищ писателя поручик Дмитрий Ильинский) и «Записки из мертвого дома». Есть такое небесспорное мнение, что каторга и сделала его гением: из Омской крепости вышел тот Достоевский, которого знает мир.

В этом году великому сидельцу исполняется 195 лет, а городу 300: двум знаменательным датам посвящена выставка, открывшаяся на днях в литературном музее им. Достоевского Обитатели мест, не столь отдаленных от места действия его самого автобиографичного произведения нарисовали к нему иллюстрации. «Так и ставилась задача – рассказал «Новой» инспектор по воспитательной работе с осужденными УФСИН России по Омской области, майор внутренней службы Григорий Стрельбицкий –Для участия в конкурсном отборе осужденный должен был прочитать «Записки из Мертвого дома», а потом изобразить фрагменты книги, которые произвели на него наиболее сильное впечатление». В службе исполнения наказаний считают, что она может иметь воспитательное значение: побуждает к тому, «чтобы больше никогда сюда не попадать».

Кончено, говорит инспектор, у многих прочитанное перекликается с их жизненным опытом, и он нашел отражение в их работах.
Большинство участников выставки (на ней представлено 24 картины и 3 макета Омской крепости, изготовленной по историческим документам) осуждены, как и герои «Записок…» по тяжким статьям: разбои, убийства, в том числе с отягчаюшими обстоятельствами. Под самодельными рамками подписи – ИК7 (это колония особого режима), ИК 9 (строгий режим), ЛИУ 2 (лечебно-исправительное учреждение строго режима, в котором содержатся закоренелые наркоманы). Многие авторы выставленных картин, говорят в УФСИН, никогда прежде не занимались живописью – в первый раз по-серьезному взялись за кисть, не из тщеславия, разумеется: все работы, прошедшие отбор, безымянны. «Мы не имеем права – поясняет майор – без согласия осужденных разглашать их персональные данные», а согласия никто из живописцев не дал. Что ж тогда их заставило рисовать? «Это дело глубоко личное – трудно сказать». Что-то, может быть, близкое к тайной исповеди, осмысление своей жизни: ведь если она описана, хоть какой-то частью в этих «Записках», читаемых всем миром, то в ней есть смысл. Есть работы, исполненные мастерски, особенно портреты писателя, есть откровенно примитивистские, но большинство удивляют неожиданной (если знать, по каким статьям сидят их авторы) просветленностью. «Освобождение» (ИК 9). Вышедший на волю арестант обнимается с любимой: на их лицах нет радости (ее на этой выставке вообще почти нет, но везде есть утешение – достоевское высокое смирение перед судьбой /то, что в наше время принято называть «духовностью»/). Иллюстрация к последнему эпизоду «Записок»: главный герой поднял спавшие с него кандалы, чтоб «взглянуть на них в последний раз». И в глазах – опять же не радость, а мучительное изумление («Точно я дивился теперь, что они сейчас были на моих же ногах»). Вот, пожалуй, самая щемящая сцена: «Единственный друг» (ИК 9). Каторжанин присел на корточки, обнимая дворнягу.

«Прибытие в острог» (ИК 7). Достоевский входит в Тобольские ворота. «На каторжных работах» (ИК 9). Острожники чистят снег у Тарских ворот. Все это происходило здесь – в сотнях метрах от музея. Метрах в трехстах от него – берег Иртыша, куда арестанты зимой «ходили ломать старые казенные барки», а летом, хоть и была работа «впятеро тяжелей», случалось гению подмечать в рабочее время «чей-нибудь задумчивый и упорный взгляд в синеющую даль» (так потом смотрел отсюда на другой берег реки и в даль веков, где «паслись стада Авраама», Родион Раскольников)

«И сколько в этих стенах погребено напрасно молодости, сколько великих сил погибло здесь даром! Ведь надо уж всё сказать: ведь этот народ необыкновенный был народ. Ведь это, может быть, и есть самый даровитый, самый сильный народ из всего народа нашего. Но погибли даром могучие силы, погибли ненормально, незаконно, безвозвратно. А кто виноват?» («Записки из Мертвого дома»).

Выставка под названием «Жизнь в нас самих, а не во внешнем…» (так говорил Достоевский) продлится в литмузее полтора месяца, затем будет показана во всех подразделения УФСИН по Омской области , после чего картины вернутся в музей навсегда – будут отданы ему в дар.

Георгий Бородянский
Источник: http://www.novayagazeta.ru/society/71866.html
Категория: Акции | Добавил: bordo60 (15.02.2016) | Автор: Георгий Бородянский
Просмотров: 445 | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы:

Всего комментариев: 0
avatar